Plume, оператор блокчейн-платформы для реальных активов (RWA), объявила о получении лицензии класса M от Bermuda Monetary Authority (BMA). Это первый в мире случай, когда регулятор выдал разрешение на управление регулируемыми ончейн-кастодиальными счетами (onchain vault manager).
Что такое лицензия класса M BMA и какие услуги она покрывает?
Лицензия класса M — это категория цифровых активов, введённая BMA в 2018 году. Она позволяет компаниям предоставлять услуги по хранению, торговле и управлению цифровыми активами в рамках правового поля Бермудских островов. Plume стала первой фирмой, получившей лицензию именно на ончейн-кастодиан — сервис, где активы хранятся и управляются непосредственно на блокчейне, а не на централизованных серверах. Подробнее — размещение оборудования на промышленной площадке.
Почему это важно для рынка криптовалют?
Регулируемый ончейн-кастодиан закрывает разрыв между децентрализованными финансами (DeFi) и традиционными финансовыми стандартами. Институциональные инвесторы, которые ранее избегали DeFi из-за отсутствия надзора, теперь могут получить доступ к ончейн-сервисам с гарантиями KYC/AML. По нашим наблюдениям, это может ускорить приток капитала в сектор RWA, объём которого, по оценкам, превышает $12 млрд.
Как это касается российских инвесторов и майнеров?
Для российских участников рынка, особенно промышленных майнеров в Иркутской области и Красноярском крае, появление регулируемого кастодиана может снизить риски, связанные с хранением добытых монет. Однако из-за действующего регулирования РФ (ФЗ-259, 115-ФЗ) прямой доступ к таким сервисам ограничен. Российские майнеры, зарегистрированные в реестре ФНС, могут рассмотреть использование Plume через зарубежные структуры, но это потребует дополнительных юридических и налоговых консультаций. По курсу ЦБ РФ около 90-95 ₽ за $1, комиссии за хранение могут существенно повлиять на рублёвую выручку.
Какие перспективы у Plume и аналогичных проектов?
Plume планирует запустить свой кастодиан-сервис в ближайшие месяцы, предлагая хранение токенизированных реальных активов (недвижимость, облигации, товары). Успех проекта может подтолкнуть другие юрисдикции, включая ОАЭ и Сингапур, к выдаче аналогичных лицензий. Для российского рынка это означает появление новых инструментов для легального хранения цифровых активов, но с учётом локальных ограничений.
Комментарии
0